Я уже давно собирался написать статью на тему того, что «кто не спрятался, я не виноват». Всё ждал подходящего случая. В том, что этот случай скоро представится, я даже и не сомневался. В этом убедится каждый здравомыслящий человек, который хотя бы раз сел за руль или переходил дорогу.

Мало того, что развелась целая уйма автомобилей, по темпам приобретения которых и Россия, и Украина впереди планеты всей. Это ещё бог с ним.

А вот абсолютно безбашенных водил на кожаных сиденьях с множеством лошадей под капотом развелось столько…

Лично я бы многих из них просто отстреливал. Не знаю, как в России, но в Украине в новостях только и слышишь о ДТП с множеством погибших и пострадавших. Так это показывают по ящику неполиткорректного цвета только самые крупные и масштабные из них. А «мелкие», где погибло «всего» 1-2 человека – им несть числа!

И куда не плюнь – попадёшь в так называемый человеческий фактор. Я лично просто не понимаю, что за вещество находится промеж ушей у тех дебилов (по другому их трудно назвать), которые садятся за баранку, приняв на грудь столько вещества по рецепту великого Менделеева, что нормальный человек (к коим я причисляю и себя, не обессудьте уж) просто подохнет в пьяном угаре.

По ту сторону монитора я уже явственно слышу: «Да кто такой ты, Константин, что читаешь тут мне мораль?» Не, не подумайте – я не моралист и святоша, и я могу выпить (да и закусить, - из песни слов не выкинешь). А вот выпив даже бокал пива, я за руль не сажусь – не обеднею я от пары-тройки долларов на такси.

И дело тут даже не в том, что я такой принципиальный. Многие из моих подписчиков, некоторые из которых знают меня уже 5-6 лет в Интернете, знают, что я по профессии хирург и 12 лет работаю в неотложной хирургии.

И видел я столько всего, что обычный человек за всю жизнь во всех фильмах ужасов бы не увидел. Аварии и ДТП случаются в нашем небольшом городке чуть ли не ежедневно. Но настораживает то, что с каждым годом растёт тяжесть пострадавших.

Как говорится, из прошлого. В пятницу 4 июля 2008 года в 18.00 поступило 7 (!) пострадавших из одной (!) аварии. А дальше самое интересное. Как говорит Задорнов – задержите дыхание! Все они ехали в одном автомобиле. Снова затаите диафрагму – всего в легковом «форде» ехало 9 человек, из которых 3 детей 4-5 лет.

Кто хоть немного связан с медициной, тот поймёт, насколько ужасен вид маленького ребёнка в крови без сознания и без дыхания!

Я не буду говорить, чем почти вся больница занималась сразу после такого количества поступивших пострадавших – это долгая и уже совсем другая история.

Итог всего этого действа – один ребёнок в нейрохирургическом отделении, один в отделении детской хирургии, один – в детской реанимации. А четверо взрослых – в травматологии с переломами костей, позвоночника. Слава богу, что все выжили (тьфу-тьфу, чтоб не сглазить). Но выжили (особенно дети) только потому, что совершенно случайно мимо аварии (случившейся за 20 км от ближайшей больницы) проезжал фельдшер «Скорой помощи», который оказался толковым парнем и смог оказать неотложную реанимационную помощь. А если бы ехали, Вы? Вы бы спасли от смерти детишек? Сами задайте себе этот вопрос и абсолютно честно, как на духу, дайте себе же ответ! И не вздумайте лукавить.

• Правила дорожного движения пишутся отнюдь не дураками. И если там написано, что детей ростом до 145 см нельзя никогда сажать на переднем сиденье, то будьте добры – выполняйте! Самый тяжелый ребёнок, находящийся в нейрохирургии с ушибом мозга и разрывом селезёнки, вылетел через лобовое стекло и упал метров за пять от машины.
  
• Если написано в постоянно ругаемых правилах, что нужно ВСЕГДА пристегиваться ремнями безопасности, то выполняйте это, чёрт бы Вас побрал! По моей собственной (увы, печальной) статистике чаще всего выживают при аварии пристёгнутые пассажиры и (особенно) водитель. И пусть Вам ремни кажутся неудобными и мешают жестикулировать во время движения; пусть все знакомые тыкают Вам пальцем и им же крутят у виска – все это можно пережить. А вот как пережить смерть близкого Вам человека (упаси Господь, ребёнка)?! Нет ничего более ужасного, чем судьба водителя, который в момент дорожного происшествия оказался непристёгнутым ремнём безопасности.
  
  Вот как развиваются события, когда водитель на скорости 80 км/час совершает наезд на неподвижное препятствие:

Спустя 0,026 секунды после удара вдавливается бампер; сила в тридцать раз превышающая вес автомобиля, останавливает его движение на линии передних сидений, тогда как его пассажиры (если они не пристёгнуты) продолжают двигаться в салоне автомобиля со скоростью 80 км/час.

Спустя 0,039 секунды после удара водитель вместе с сиденьем стремительно движется вперёд на 15 сантиметров .

Спустя 0,044 секунды после удара он грудной клеткой ломает руль.

Спустя 0,050 секунды после удара скорость падает настолько, что на автомобиль и на всех пассажиров начинает действовать сила тяжести, в 80 раз превышающая их собственный вес.

Спустя 0,068 секунды после удара водитель с силой в 9 тонн ударяется о приборный щиток.

Спустя 0,092 секунды после удара водитель и сидящий рядом с ним пассажир одновременно врезаются головами в переднее ветровое стекло автомобиля и получают смертельные повреждения черепа (раскалывается как арбуз).

Спустя 0,100 секунды после удара повисший на руле водитель отбрасывается назад; он уже мёртв.

Спустя 0,110 секунды после удара автомобиль начинает слегка откатываться назад.

Спустя 0,113 секунды после удара сидящий за водителем пассажир (если он также не пристёгнут) оказывается с ним на одной линии, наносит ему новый удар и одновременно сам получает смертельное повреждение.

Спустя 0,150 секунды после удара наступает полная тишина. Осколки стекла и обломки железа падают на землю. Место столкновения окутывает облако пыли.

Всё произошло менее, чем за две десятых секунды после удара.

Каждый раз, перечитывая эти строки из книги известного французского эксперта по безопасности движения Кристиана Жерондо « La Mort Inutile », мы ловим себя на мысли, что всего этого можно было бы избежать, если воспользоваться примитивным, в сущности, приспособлением.

Ремни спасли не одну тысячу человеческих жизней. Согласно статистике, вероятность смертельного исхода при фронтальном (лобовом) столкновении для водителей, пользующихся ремнями безопасности, уменьшается в 2,3 раза, при боковом – в 1,8 раз, а при опрокидывании автомобиля – в 5 раз.

По отношению к пассажирам статистика даёт ещё более обнадёживающие цифры – при лобовом столкновении степень риска у пристёгнутых пассажиров в 9 раз меньше, чем у непристёгнутых!

Казалось бы, всё ясно – пристёгивайтесь, дамы и господа! Да не тут то было. Многие водилы, намотавшие не одну тысячу километров, приводят довод, мол, в случае аварии и возникновения пожара пристёгнутый человек может сгореть вместе с автомобилем. Да вот этот миф развеяли спортсмены.

Согласитесь, вряд ли где-нибудь бывает больше аварий, чем на соревнованиях. Тем не менее, никому из самых отчаянных гонщиков «Формулы-1» даже в голову не придёт желание пренебречь ремнями безопасности.

В 70-е годы считалось, что ремень гарантирует сохранение жизни водителя при лобовых столкновениях на скоростях до 50 км/час. Сегодня верхняя планка поднялась до 65 км/час за счёт совершенствования конструкции ремней. Если учесть, что в большинстве случаев столкновения происходят именно на таких скоростях, то становится ясно (по крайней мере, для умных) что без ремней не обойтись. А дураки нам не нужны. Ну, Вы помните, да?!

• Многие современные автомобили имеют в своей конструкции подушки безопасности. Но они сработают неправильно у непристёгнутых (особенно водилы). Скажу Вам так, в авто с подушками и пристёгнутыми, шансов выжить в аварии у Вас на несколько порядков выше, чем при прочих равных условиях.
• Если ограничена в правилах скорость движения, так ограничьте Вы эту растреклятую скорость! Незачем показывать свою крутизну и мощь тачки, педаль газа и пол машины созданы отнюдь не для того, чтобы встречаться друг с другом.

А за пьянку за рулём даже не хочется и вспоминать – таких бы я просто отстреливал. Пусть бы сами подыхали, ладно, это их выбор. Но ведь они подвергают опасности жизнь других людей, детей!

А отсюда мои выводы с претензией на окончательный диагноз.

1. Соблюдайте правила дорожного движения, для Вашей же безопасности
   
2. Не сажайте детей до 145 см роста на переднее сиденье
   
3. Всегда пристегивайтесь (я и вся моя семья непристёгнутыми даже из гаража не выезжаем)
   
4. Никогда, подчёркиваю, НИКОГДА не садитесь даже после бокала пива за руль, а уж, тем более, никогда не садитесь в машину к выпившему водителю
   
5. Научитесь оказывать неотложную помощь – поверьте, пригодится!

P. S. И напоследок. Если хотя бы один из тысяч моих подписчиков после прочтения этой статьи будет всегда пристёгиваться, свою миссию я посчитаю выполненной.

P. P. S. Огромное количество людей просто не знает основных критериев и последовательности действий при оказании неотложной помощи и перевозке больных.

Именно поэтому я решил обобщить собственный опыт подытожить в одной книге, которая была бы написана абсолютно простым и понятным языком. Так и родилась на свет книга «Реанимация для чайников. Искусство спасения».

Абсолютно бесплатно эту книгу можно скачать и изучить для пользователей проекта "Больница. Инструкция по выживанию" (только для годичного и пожизненного доступа).

В сознании миллионов граждан прочно зафиксировано всеобщее право на получение бесплатной медицинской помощи. В Украине это положение декларировано ст. 49 Конституции. По сути - это правовое выражение этического принципа справедливости в распределении медицинской помощи. В ХХ веке общество пришло к пониманию того, что охрана здоровья должна быть правом человека, а не привилегией для тех, кто себе это может позволить. По современным взглядам ведущих теоретиков биоэтики, системы здравоохранения, которые реально не обеспечивают доступность медицинской помощи для всех граждан, не могут считаться справедливыми.

Но так ли это на самом деле?

Классическим примером противоречия в декларированном праве и реальной возможностью реализации этого права является реализация права на свободу передвижения. Если у человека есть деньги, то он может купить себе автомобиль. Если денег много, то автомобиль будет комфортабельным, а управлять им будет наемный шофер. Если же денег нет, то придется обходиться без автомобиля. Передвигаться в общественном транспорте или ходить пешком. Хотя это и затрудняет иногда жизнь, но само по себе не является ограничением гражданских свобод и прав. Заметим, что такая несправедливость возражений в обществе не вызывает, разве, что зависть бедной его части, и, не более того. В этой ситуации общественное мнение полностью принимает (и понимает) неизбежность конфликта свободы передвижения, как декларированного права, и материальной возможности реализации этого права, как товара.

В реализации декларированного права на медицинскую помощь дело обстоит иначе. Никто не хочет идти пешком. Все претендуют на "Мерседес", но бесплатный. Но бесплатных "Мерседесов" для всех быть не может. Налицо конфликт доступности медицинской помощи как права, и концепции медицинской помощи - как товара. Невозможность же приобретения дорогостоящего товара необходимого качества, т.е. получить желаемую медицинскую помощь вследствие недостаточной материальной обеспеченности нуждающегося в ней, в современном цивилизованном мире, трактуется как фундаментальная проблема государственной политики и серьезное нарушение прав человека. В этой ситуации общество мгновенно забывает аксиому Б. Окуджавы, что - "... пряников сладких всегда не хватает на всех".

Социум достаточно агрессивно требует справедливости - соблюдения декларированных в Конституции гарантий - бесплатной медицинской помощи, забывая, что термином "бесплатная" когда-то было ловко подменено "оплаченная из общественных фондов потребления". Понятно, что эти фонды не бездонные, к тому же наполняют их по остаточному принципу, не говоря уж о том, что личные вклады отдельных членов социума в эти фонды тоже далеко не равнозначны. Значит и справедливость не может быть тотальной. В принципе она должна быть пропорциональной? Но тогда это - не бесспорная справедливость?

В банке никто и не подумает требовать у кассира выдать больше того, что зафиксировано в счете. Но это в банке. Банки уважают, более того, перед ними трепещут. К медицине отношение диаметрально противоположное. Уважением, тем более трепетом по отношению к медицине и не пахнет. Здесь прочно устоялся запах судебных коридоров и тюремных нар. Кроме апеллирования к, набившей всем оскомину, "Клятве Гиппократа", которую, кстати, большинство обличителей медицины и не читали вовсе, да призывов к врачу - "Светя другим сгореть самому", причем желательно в нищете, - псевдоидеологи общества придумать ничего не смогли. Да и не хотели. Образ "врача-бессеребренника" чрезвычайно выгодная пропагандистская находка. Этим образом в сознание социума настойчиво закладывалась и закладывается мысль, что врач обязан быть нищим. Сегодня, полное отсутствие медицинского права подменено кустарно-сработанными "морально-этическими принципами", аморальными и безнравственными по отношению к врачу. В итоге за "нехватку пряников" сегодня вновь ответственными назначены "насквозь коррумпированные" работники медицины.

Общество сегодня начисто забыло, и никак не желает вспомнить, что труд врача чего-то стоит, что реализация декларированного в Конституции права граждан на охрану здоровья должно основываться не только на профессиональных обязанностях, но и на объективных возможностях врачей его обеспечивать. Общество не желает понимать, что врачи также являются гражданами общества, гражданами, которые должны обладать своими обоснованными и защищенными законом правами. И в первую очередь правом удовлетворения в результате своего труда своих материальных и духовных потребностей.

Собственностью и достоянием врача являются его знания, профессиональные навыки и способность к труду. Поэтому долг врача оказать помощь в свою очередь предполагает обязанность общества в соответствии с так им любимым принципом справедливости достойно вознаградить его за проделанную работу. Если врачу за его высококвалифицированный труд не платят зарплату вообще или платят нищенскую зарплату, которая ниже вознаграждения уборщицы в офисе сомнительной фирмы, то это является разновидностью социальной несправедливости. Если законодательно закрепленная в Уголовном кодексе мера ответственности врача за возможные правонарушения несоизмерима с беспросветной нищетой его существования за предлагаемую обществом оплату его труда, то это тоже циничная социальная несправедливость.

Нельзя справедливое право граждан на охрану здоровья решать за счет несправедливого отчуждения высококвалифицированного труда у сотен тысяч медицинских работников. Популистское требование бесплатного здравоохранения, столь популярное и среди политиков, и среди населения привело фактически к "медразверстке" - насильственному отчуждению за бесценок, а нередко и задаром (когда зарплата вовсе не выплачивается) того, что составляет собственность медицинских работников - их труда, квалификации, знаний и талантов. Это форма вопиюще несправедливого общественного насилия над медиками.

Да и что спросить с современного общества, когда престижность и постыдность поменялись местами. В начале ХХ века престижно было быть защитником Отечества - офицером, врачом, педагогом, инженером, ученым. Постыдно - ростовщиком, палачом, проституткой, мытарем, фискалом. В ХХI веке - все изменилось. Постыдное стало элитным. Престижное - презираемым. Гонорар киллера (палача), в отличие от гонорара врача, поднялся до недосягаемых высот, что мгновенно сделало эту профессию достаточно привлекательной. Способствует этому и подробное описанию жизненного пути современных палачей - героев нашего времени, начиная от момента их рождения, с детальным описанием этапов овладения "профессией" и покаянными всхлипами истеричных правозащитников о том, как же социум не заметил периода "психологического перелома" в хрупком и ранимом сознании этого психопата и вовремя не подставил ему плечо помощи. Этому посвящены десятки томов (почти как учебники для подрастающего поколения). Причем мера ответственности богатого киллера (по сроку наказания), в случае, чрезвычайно маловероятном, что его поймают, вполне соизмерима с мерой ответственности, которую может запросто схлопотать нищий врача.

Элитные "валютные леди", разнокалиберные "эскорт-герлс", фотомодели, "секс-символы" и многочисленные "мисс и миски" со страниц глянцевых изданий и экранов телевизоров убеждают обывателя в каторжном и неблагодарном труде, выпавшем на их долю, и сетуют на жадность и непорядочность спонсоров, подсунувших вместо обещанных многомиллионных контрактов какие-то жалкие "брюлики" за пару сот тысяч у.е. и убогую бесплатную многокомнатную квартирку от отцов родного города. Общество негодует по поводу произвола жестоких эксплуататоров "девичьих прелестей", объявив их ни много ни мало - "национальным достоянием". Общество с восторгом принимает приговор суда в пользу проститутки сумевшей забеременеть от миллионера в каком-нибудь ресторанном туалете или умиляется, если у какой-то очередной "звезды" от какого очередного стриптизера появляется незаконнорожденный приплод.

Об отношении к фискалам и мытарям лучше умолчать. Современных фискалов и мытарей просто боятся. Впрочем, ростовщиков (современных банкиров) тоже боялись всегда, хотя и всегда ненавидели. Но они назначили себя элитой. (Хотя, как говорят в Одессе - "Вас тут не стояло").

В этой элите нет места тем, кто работает честно, в том числе и врачу. "Трудом праведным, не наживешь палат каменных". Но врач живет здесь же, в этом же обществе. Он его часть. Он отчетливо сознает, что беспросветность его существования делает бессмысленным соблюдение норм поведения установленных для него современным обществом. Эти нормы ничего кроме беспросветной нищеты для врача не гарантируют. И тогда он задумывается - "А собственно, почему проститутка может назвать свою цену, безголосая, но смазливая певичка за кривляние под "фанеру" может заломить многотысячный гонорар, таксист не повезет бесплатно, чиновник без "уважения" не выдаст справку, гаишник за спасибо не пожелает счастливой дороги, адвокат не приступит к ведению дела, официант без чаевых не обслужит, парикмахер не пострижет, а он - врач, спасающих их жизни, по прихоти этого же общества, лишен права назвать цену своей работы?". Тут же вспоминаются бессмертные слова первого наркома здравоохранения Н. Семашко - "Хорошего врача народ прокормит, а плохие нам не нужны". Значит знал нарком цену хорошему врачу? Да и источник "прокорма" - народ - четко определил.

Естественно, что несправедливое отношение к врачу, а фактически насильное отчуждение результатов его труда бесплатно (или почти бесплатно, что в общем то одно и то же) - по принципу "медразверстки", и, лишение возможности достижения материального благополучия честным путем, породило, как реакцию сопротивления, встречное насилие врачей над членами несправедливого к нему общества. Это насилие выражается в стремлении получения материального вознаграждения от пациента, причем основным мотивом такого насилия является не столько обогащение, сколько обеспечение возможности элементарного биологического выживания. Врач сегодня вынужден, так или иначе, требовать от пациентов дополнительных вознаграждений. По крайней мере, от тех, кто может платить. Иначе быть не может. Экономической аксиомой является положение о том, что снижение размера заработной платы ниже прожиточного уровня неизбежно приводит к тому, что соображения выживания начинают преобладать над профессиональным долгом и обязательствами перед пациентами. Морально-этическими нормами не прокормишься и без денег не проживешь.

Мы подошли к исключительно важной проблеме - врачевание и деньги. Хотя, как свидетельствует история, труд врача оплачивался очень даже неплохо, а "бесплатная" медицина существовала только для отдельных категорий наших предков. Интересно то, что как и сейчас, к этим "льготным категориям" относились либо очень богатые - элита, либо очень бедные.

В Торе (Шмот/Исход 21:19) сказано - "Если ссорятся люди, и один человек ударит другого камнем или кулаком и тот не умрет, а сляжет в постель... то ударивший ... пусть оплатит полностью лечение его". А поскольку обращение к врачу равносильно обращению к Богу, ибо истинный врач - это Бог, как Он Сам говорит в Торе - "Ибо Я - Бог, твой Целитель" (Шмот/Исход 15:26), то и плата врачу - богоугодное действие.

Бобров О.Е.

В предыдущей статье я писал о том, что, зачастую, диагноз и, соответственно, тактика лечения конкретного больного определяется достатком. Кстати, достатком и врача и больного.

А сегодня я хочу рассказать о порочности всей сложившейся системы финансирования медицины.

Я не знаю, будет ли это секретом для Вас, но финансирование большинства медицинских учреждений почти на всём постсоветском пространстве рассчитывается исходя из коечного фонда (количества коек) больницы. Грубо говоря, чем больше коек в больнице, тем больше денег из бюджета получит эта больница.

Вполне возможно, что сложившееся на это время количество коек в отдельно взятой больнице превышает потребность населения. Но угадайте с двух раз, будет ли любой разумный главный врач сокращать это количество коек?

Производным от принципа финансирования покоечно есть понятие «койко-день». Честно говоря, при слове койко-день у меня возникает ассоциация с трудоднями в колхозе.

Кстати, весьма интересной представляется мне система оценки деятельности больницы. Парадоксально, но факт: оценивается не то, насколько качественно пролечен тот или иной больной, а оборот койки! Для недогадливых – оборот койки это то количество больных, которые пролежали (необязательно, пролечились!) на одной койке в течение одного года.

Всё вроде бы выглядит вполне логично, если не принимать во внимание некоторые увёртки. Опять вопрос на засыпку: как Вы думаете, кого доктору (зав. Отделением) выгоднее положить в стационар – больного с ОРЗ (реальным или мнимым), который лечится дня за три, или, допустим, больного с циррозом печени и печёночной недостаточностью (которого нужно месяцами лечить, чтобы добиться даже незначительного улучшения).

Подсказка: всевозможные доплаты к окладу (за напряжённый труд, расширение зоны обслуживания и т.д.) целиком и полностью зависит от выполнения плана койко-дней.

Итак, из всего вышеизложенного я делаю следующие выводы.

1. Вся система оказания медицинской помощи и её финансирование в нынешнем виде являются глубоко порочными – врачу выгоднее пролечить десятка два больных с лёгкой простудой за год, чем двух-трёх действительно тяжёлых больных. В предыдущей фразе я не имею в виду методики лечения, а только функционирование всей системы.

2. Единичными подачками правительства в виде увеличения финансирования медицину не вылечить! Парадоксально, но факт. Как мне кажется, даже если по каким-либо фантастическим причинам увеличить финансирование медицины в 100-1000 раз, качество оказания медицинской помощи намного не улучшится!
   
   

3. А посему, главный вывод. Нужно продумать и создать чёткую единую модель развития медицины, чтобы провести её реформирование. Не нужно изобретать велосипед – в большинстве стран мира (Европа, США) основную часть медицинской помощи оказывают по модели страховой медицины.

Хотите меня переубедить? Сделайте это в комментарии!